State strategy for the accelerated development of the electric power industry in the Far East of the USSR (1964—1991): historical experience
Table of contents
Share
Metrics
State strategy for the accelerated development of the electric power industry in the Far East of the USSR (1964—1991): historical experience
Annotation
PII
S013128120015931-5-1
DOI
10.31857/S013128120015931-5
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Aleksey Maklyukov 
Occupation: Head of the Department of the History of the Russian Far East Institute of History, Archaeology and Ethnography of the Peoples of the Far East, FEB RAS.
Affiliation: Institute of History, Archaeology and Ethnography of the Peoples of the Far East, FEB RAS.
Address: Russian Federation,
Edition
Pages
5-17
Abstract

1991. The problems of power supply of the Far Eastern region of the country are analyzed, programs for the development of the regional electric power industry are considered, the difficulties of their implementation are revealed, structural changes in the industry and the results of electrification of the region are characterized. The author notes that the problems of regional energy supply had not been solved until the end of the Soviet era. The Far Eastern electric power industry continued to be a costly and lagging industry, slowing down the socio-economic development of the region.

Keywords
USSR, Far East, state strategy, regional development, electric power industry.
Received
15.07.2021
Date of publication
18.10.2021
Number of purchasers
2
Views
801
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2021
1 Актуальность темы исследования связана с современными проблемами электроэнергетической отрасли российского Дальнего Востока, состоящей в основном из построенных в советский период предприятий и реализованных в начале ХXI в. проектов, недостроенных в эпоху СССР. Региональная электроэнергетика характеризуется дефицитом мощностей электростанций, самой высокой в стране себестоимостью электроэнергии, изношенностью оборудования и инфраструктуры. В декабре 2011 г. правительство РФ впервые приняло интегрированный документ «Комплексная программа развития электроэнергетики Дальнего Востока до 2025 года», которой стал новой региональной энергетической стратегией. Несмотря на ее осуществление в течение 10 лет, качественных изменений в отрасли не наблюдается, а проблемы остаются прежними. В этой связи обращение к историческому опыту реализации государственной стратегии развития дальневосточной электроэнергетики в 1960—1980-е гг. позволяет не только раскрыть особенности и условия создания отрасли, но и выявить историки современных проблем регионального энергообеспечения, скоординировать дальневосточную энергетическую политику. Исторические аспекты формирования энергетической стратегии Дальнего Востока в 1960—1980-е гг. рассматривались исследователями фрагментарно в общем контексте экономического развития страны. В разработку данной проблематики при изучении восточных районов страны большой вклад внесли сибирские историки. В.В. Алексеев1 проанализировал государственную политику по созданию мощной индустрии в Сибири через процессы электрификации региона. Т.Е. Санжиева2 изучила специфику советской политики по созданию энергетического комплекса в республиках Бурятия, Саха-Якутия, Тыва и Хакасия. В.С. Никифоров3 выявил особенности формирования Восточносибирского топливно-энергетического комплекса, А.И. Тимошенко4 раскрыла роль энергетического фактора в ускоренном подъеме экономики Сибири. Среди современных российских работ, следует выделить публикацию Н.С. Симонова5, в которой раскрываются особенности энергетического кризиса в СССР в 1960—1980-х гг., указывается на упущенную возможность развития неуглеродной электроэнергетики, что для отдельных регионов являлось очень актуальным. Дальневосточные авторы обращали внимание лишь на отдельные вопросы советской государственной политики в сфере региональной электроэнергетики. Н.М. Платонова6, рассматривала проблемы освоения топливно-энергетических ресурсов Дальнего Востока в 1960–1980-е гг., А.В. Маклюков7 выявил сложности в реализации крупного проекта Зейской ГЭС. Анализ исторических проблем развития энергетической системы пытались проводить экономисты8. Но в целом авторы не акцентировали внимание на исторических факторах формирования государственной стратегии СССР по развитию дальневосточной электроэнергетики, не анализировали правительственные программы, не рассматривали условия и проблемы их реализации. Освещение этих вопросов определяет научную новизну данной работы. Исследование опирается на корпус неопубликованных источников, выявленных в фондах федеральных и региональных архивов. Основными видами, изученных документов являются программы и схемы развития производительных сил Дальневосточного экономического района СОПС Госплана СССР и АН СССР, аналитические доклады и записки, постановления ЦК КПСС и Совмина СССР, приказы Минэнерго СССР, протоколы пленумов дальневосточных крайкомов и обкомов КПСС, обращения региональных органов власти, касающиеся развития электроэнергетики Дальнего Востока в рассматриваемый период. На Дальнем Востоке электроэнергетика изначально являлась отсталой отраслью производства. Энергетическая инфраструктура создавалась в специфических условиях, характеризующихся суровой природой и сложным климатом, слабой заселенностью и хозяйственной неосвоенностью территории, ее удаленностью от индустриально развитых районов страны, ограниченностью трудовых и материально-технических ресурсов. Исторически сложилось, что крупнейшие центры электропотребления (Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре) сформировались там, где отсутствовали топливно-энергетические ресурсы. С началом индустриализации на Дальнем Востоке наблюдался острый энергетический кризис, потребности экономики в электроэнергии удовлетворялись на уровне 50%. По показателям электрификации регион в 1950 г. отставал более чем на 20 лет по сравнению с другими районами СССР. В самой восточной части страны, обладающей колоссальными энергетическими ресурсами, в 1950 г. производилось 2,1% электроэнергии9. Смена приоритетов в экономическом курсе страны и новые задачи в дальневосточной политике в 1950-е гг. оказали влияние на практику развития производительных региона и его энергетического хозяйства в частности. В пятом пятилетнем плане 1951—1955 гг. ставилась задача проведения глубокой электрификации промышленности и сельского хозяйства на Дальнем Востоке, намечалось строительство десятков новых объектов электроэнергетики10. Но в целом государственная политика по развитию отрасли продолжала базироваться на идее быстрого строительства тепловых электростанций, работающих на угле и нефтепродуктах. Следствием такой политики являлся дальнейший катастрофический рост дефицита электроэнергии. Строительство ГРЭС и ТЭЦ шло по устаревшим проектам медленными темпами, оборудование для предприятий поступало из трофейных агрегатов, демонтированных в послевоенные годы в странах восточной Европы или полученных от Японии, а также списанных с других электростанций СССР11. Предпосылками для начала стратегического планирования развития энергетического хозяйства Дальнего Востока стали научные исследования Совета по изучению производительных сил (СОПС) АН СССР, развернувшиеся в середины 1950-х гг. по всем дальневосточным районам. Тесное научное сотрудничество между СССР и КНР позволило провести в 1955—1960 гг. совместную масштабную Амурскую комплексную экспедицию, результатом которой стал предложенная программа освоения богатых гидроэнергетических ресурсов Приамурья для создания мощной базы по производству электроэнергии. К 1959 гг. советские и китайские ученые разработали проект Единой энергосистемы бассейна Амура сроком реализации на 20 лет. Он предусматривал строительство ряда крупных ГЭС в верховье р. Амур, от которых значительно выигрывала КНР — она должна была получать свыше 60% производимой на территории СССР электроэнергии12. В 1956—1958 гг. СОПС АН СССР провел комплексные экспедиции в Магаданской и Камчатской областях. Для энергообеспечения Северо-Востока было предложено использовать гидроэнергетические ресурсы р. Колыма, геотермальные источники Камчатки и развивать атомную энергетику на Чукотке13. С конца 1950-х гг. в энергетической политике Н.С. Хрущева стал реализоваться дуализм партийного и государственного руководства, а проблемы электрификации страны становилась приоритетной для партийно-государственной элиты. На XXII съезде Хрущев выдвинул обширную программу развития электроэнергетики до 1980 г. как основы создания базы коммунизма. В тоже время стали ухудшаться советско-китайские отношения, государственная парадигма в отношении экономического развития Дальнего Востока стала меняться в сторону укрепления его военно-промышленного комплекса14. Эти экзогенные и эндогенные факторы определили необходимость разработки стратегии ускоренного развития дальневосточной электроэнергетики. По заданию правительства СОПС Госплана СССР в декабре 1964 г. представил предложения по электрификации Дальнего Востока на период до 1975 г., а Минэнерго СССР в 1965 г. разработало и утвердило «Генеральную схему развития и размещения электроэнергетики по Дальневосточному экономическому району на 1966—1970 гг. с учетом дальнейшей перспективы». В этих документах предлагались два новых направления в развитии энергетической отрасли: 1) освоение новых источников энергии — гидроэнергии, дешевых углей добываемых открытым способом, газа, атома и геотермальной энергии; 2) осуществление крупномасштабного энергетического строительства. В развитие электроэнергетики Дальнего Востока планировалось вложить в 1966—1970 гг. 680 млн. руб., в 1971—1975 гг. — 980 млн. руб., 1976—1980 гг. — 1230 млн. руб. Всего за 15 лет почти 3 млрд. руб.15 Согласно стратегии первоочередными возводимыми объектами становились Зейская ГЭС и Приморская ГРЭС. Они создавали основу для объединенной энергосистемы юга Дальнего Востока. К 1970 г. намечалось ввести в строй 2450 км высоковольтных линий электропередач (ВЛ), планировалось построить ряд других менее мощных предприятия, например Владивостокскую ТЭЦ-2, а также несколько уникальных электростанций: Билибинскую атомную (АЭС) на Чукотке и Паужетскую геотермальную (ГеоТЭС) на Камчатке. По прогнозам ввод новых крупных объектов до 1980 г. должен был обеспечить в каждую пятилетку «ускоренный» двукратный рост производства электроэнергии и решить проблему ее дефицита. Примечательно, что из-за ухудшения отношений с КНР в стратегии до 1975 г. отклонялись все ранее предлагавшихся АН СССР проекты ГЭС на реках приграничного бассейна Амура, а после предусматривалось вновь вернуться к ним. Отмечалось, что «упор на развитие гидроэнергетики Приамурья позволит создать условия для более ускоренного экономического развития региона»16. Началом практической реализации стратегии можно считать 1964 г. Согласно постановлению Совмина СССР № 1210 от 7 декабря 1963 г. в апреле 1964 г. намечалось строительство Зейской ГЭС — первой и самой мощной гидроэлектростанции на Дальнем Востоке. До принятия этого документа в Совмине СССР считали, что ГЭС в дальневосточном районе строить не нужно, поскольку это «слишком дорого и долго»17. Свое отражение стратегия нашла в директивах XXIII съезда КПСС и постановлении ЦК КПСС и Совмина СССР № 638 от 8 июля 1967 г. «О мерах по дальнейшему развитию производительных сил Дальневосточного экономического района и Читинской области». К 1970 г. Минэнерго СССР обязывалось ввести в строй 1945 МВт мощностей и увеличить производство электроэнергии на 180%18. К середине 1970-х гг. стратегия дополнилась новыми задачами. Правительство приняло решение о переориентации дальневосточной экономики на развитие экспортной продукции в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, для этого потребовалось ускорить электрификацию восточного участка Транссиба, обеспечить масштабное строительство Байкало-Амурской магистрали (БАМа) и освоение прилегающих территорий, провести технологическую модернизацию региональной промышленности и построить новые комплексы. Все это в значительной степени повышало спрос на электроэнергию. По поручению правительства СОПС и Центральный экономический НИИ при Госплане РСФСР в 1975 г. разработали «Комплексную программу развития экономики Дальневосточного экономического района на период до 1990 г.». В ней развитие электроэнергетики определялось как первостепенная экономическая задача. Отмечалось, что «при напряженном балансе трудовых ресурсов региона повышение уровня электрификации являлось ключевым фактором для успешного развития народного хозяйства района»19. В программе 1975 г. указывались следующие направления стратегии: 1) опережающее развитие электроэнергетики по сравнению с другими отраслями промышленности для создания базы ускоренного освоения природных ресурсов региона; 2) дальнейшее освоение гидроэнергетических ресурсов и использование атомной энергии в труднодоступных районах, лишенных топливных баз; 3) создание объединенных энергосистем и повышения единичной мощности электростанций. К 1990 г. рассчитывалось ввести на Дальнем Востоке 3300 МВт новых мощностей. По гидроэнергетике ставилась задача завершить к 1980 г. возведение Зейской ГЭС и Колымской ГЭС, а к 1990 г. построить Бурейскую ГЭС для электрификации зоны БАМа. Для Хабаровского края и Сахалинской области предусматривалось строительство ряда газотурбинных ТЭЦ работающих на сахалинском газе. В Магаданской и Камчаткой области планировалось разместить две АЭС. Для электрификации Транссиба к 1980 г. намечалось ввод ВЛ напряжением 500 кВ Зейская ГЭС — Хабаровск 1050 км, а для БАМа к 1990 г. Бурейская ГЭС — Комсомольск-на-Амуре 600 км. В программе больше не рассматривалось вопросы размещения ГЭС на пограничных с КНР реках Амуре и Уссури20. В 1984 г. СОПС Госплана разработал новую генеральную схему размещения производительных сил СССР на период до 2000 г. По отношении к Дальнему Востоку она отличалась еще большим размахом в развитии электроэнергетики. Создаваемые промышленные комплексы и территории зоны БАМа планировалось включить в объединенную энергосистему юга Дальнего Востока. В качестве крупнейших возводимых энергообъектов указывались: Бурейская ГЭС (2010 МВт), Приморская АЭС (1760 МВт) и Комсомольская ТЭЦ-3 (1060 МВт). К 2000 г. планировалось увеличить производство электроэнергии до 100,3 млрд. кВт*ч, ввести в строй 9770 МВт мощностей, их них 5240 МВт тепловых и 4530 МВт гидроэлектростанций21. И наконец, постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР № 958 от 19 августа 1987 г. была утверждена долгосрочная программа развития производительных сил Дальнего Востока до 2000 г. В ее энергетическую часть вошла генеральная схема 1984 г. с добавлением еще двух объектов: Комсомольской АЭС (1320 МВт) для зоны БАМа и Мутновской ГеоТЭС (150 МВт) для Камчатки. Согласно программы уже в 12-й пятилетке Минэнерго СССР обязывалось довести производство электроэнергии в регионе до 48,3 млрд. кВт*ч. и ввести в строй 2500 МВт новых мощностей22. Итак, советское правительство, по мере планирования и принятия новых амбициозных экономических решений по отношению к Дальнему Востоку, включало в энергетическую стратегию все более масштабные задачи. Дальневосточная электроэнергетика должна была не просто преодолеть разрыв и отставание в своем развитии по сравнению с другими территориями СССР, но и значительно опережать их по темпам роста производства электроэнергии. На практике стратегия ускоренного развития электроэнергетики Дальнего Востока оказалась слабо осуществимой. Минэнерго СССР к 1970 г. ввело в регионе только 88% определенных в постановлении № 638 объема мощностей, а уже в 1971—1975 гг. не смогло построить ни на одной из указанных в документе электростанций23. Главная причина заключалась в плохой организации энергетического строительства в регионе. Союзный трест Дальэнергострой Минэнерго оказался не готов строить мощные тепловые электростанции, имел слабую стройиндустрию, испытывал острую нехватку строительных машин и механизмов, рабочих кадров. Вопросы неудовлетворительного энергетического строительства на Дальнем Востоке неоднократно обсуждались на совещаниях различного уровня, но практически не решались. Так, 17 января 1972 г. коллегия Минэнерго СССР отмечала, что «в тресте Дальэнергострой дела обстоять тревожно, остро не хватает механизмов, транспорта, металла, цемента». На заседании коллегии 21 ноября 1983 г. констатировалось: «положение на Дальнем Востоке требует срочного принятия специальных мер, Дальэнергострой не справляется с порученным ему делом ускоренного развития энергетики»24. И даже в 1988 г. Совмин РСФСР при рассмотрении причин невыполнения комплексной программы, указывал: «необходимо срочно увеличить в 1,8 раза мощность треста для освоения капиталовложений до 100 млн. руб. в год»25. Крупное энергетическое строительство сдерживалось такими факторами, как суровые природно-климатические условия, отсутствие развитой стройиндустрии и коммуникаций, удорожанием работ. Так, для возведения Зейской ГЭС в Амурской области Минэнерго организовывало отдельное управление ЗеяГЭСстрой, но работы проходили с большими трудностями в течении 16 лет и завершились в 1980 г. За это время строительная смета выросла в 3 раза — с 141 млн. до 424 млн. руб.26 В зоне распространения вечной мерзлоты в с 1970 по 1994 гг. управление КолымаГЭСстрой возводило Колымскую ГЭС. Общая сметная стоимость строительства по ценам 1984 г. обошлась в 1,08 млрд. руб.27 Строительство объектов электроэнергетики затруднялось материально-технической необеспеченностью. С середины 1970-х гг. значительные ресурсы направлялись на масштабное строительство восточного участка БАМа, для которого только в Японии закупили техники и машин на 300 млн. руб. В тоже время начальник управления КолымаГЭСстрой Ю.И. Фриштер в отчете за 1976 г. отмечал: «работы на объекте два года не сдвигаются с места, стройка обеспечена техникой только на 16%, остро не хватает экскаваторов, бульдозеров, кранов и самосвалов»28. В 1976 г. управление ЗеяГЭСстрой приступило к строительству новой Бурейской ГЭС с изношенным на 95% парком строительных машин. Согласно отчету управления за 1984 г. новая техника на стройку так и не поступила, а вся старая оказалась в аварийном состоянии. За 1980—1984 гг. на строительстве самой мощной в регионе Бурейской ГЭС в 5 раз увеличилось количество работ выполняемых строителями вручную29. Электростанции на Дальнем Востоке строились в условиях недофинансирования и урезания работ. Например, пуск первого гидроагрегата Колымская ГЭС в 1981 г. осуществлялся под давлением партийных органов к открытию XXVI съезда КПСС с нарушениями, связанными с недофинансированием пуско-наладочных и других важных работ. В результате гидроагрегат сразу вышел из строя и станция остановилась30. С началом перестройки финансирование сократилось по всем объектам Минэнерго. В 1986—1987 гг. капиталовложения на строительно-монтажные работы в Хабаровском крае снизились до 80%, ввод объема мощностей сократился до 39%. В результате сорвался пуск первого энергоблока газотурбинной Комсомольской ТЭЦ-331. В 1989 г. финансирование строек Минэнерго в регионе уменьшилось с 138 млн. руб. до 26 млн. руб.. Строительство Бурейской ГЭС, Благовещенской ТЭЦ и ряда других предприятий было заморожено32. Сроки реализации проектов нередко срывались по причине межведомственной неразберихи, несогласованности и бюрократической волокиты между министерствами. В силу изолированности северных районов Дальнего Востока Минэнерго не смогло взять на себя строительство новых предприятий и выполняло лишь монтажные работы. Генподрядчиками по сооружению зданий и коммуникаций электростанций выступали различные министерства — рыбной промышленности, цветной металлургии и др. Например, Петропавловскую ТЭЦ строил трест Камчатрыбстрой, Магаданскую ТЭЦ — Магаданстрой. В переписке между ведомствами шли споры, кто больше заинтересован в ускоренном пуске станций, Минэнерго или то министерство, которое для себя ее строило33. Не выполненным оказалось постановление ЦК КПСС и Совмина СССР № 366 от 27 апреля 1983 г., касающееся строительства Мутновской ГеоТЭС, которое обязывались осуществить три министерства — Мингазпром, Мингеология и Минэнерго. Они не смогли согласовать множество вопросов, строительные работ на объекте так и не начались34. Минсредмаш не смог определиться с Минэнерго в выборе проектов атомных электростанций на Дальнем Востоке, а после аварии на Чернобыльской АЭС от них пришлось отказаться35. Стратегию ускоренного развития электроэнергетики Дальнего Востока удалось реализовать лишь частично с некоторыми результатами. К 1985 г. в регионе появились современные предприятия, использующие для выработки электричества гидроэнергию, дешевый уголь, газ, энергию атома и геотермальную энергию. Так, мощности гидроэлектростанций от суммарной по Дальнему Востоку составляли 23%, газотурбинных — 1,5%, атомных — 0,5% (см. табл. 1). Но в структуре генерирующих мощностей по-прежнему лидировали тепловые электростанции, работающие на дорогом завозном угле и нефтепродуктах, что напрямую влияло на себестоимость производства электроэнергии и ее дороговизну. Таблица 1.
1. Алексеев В. В. Электрификация Сибири. Историческое исследование. Ч. 2. 1951—1970 гг. Новосибирск: Изд-во Наука, 1976. 272 с.

2. Санжиева Т.Е. Топливно-энергетический комплекс республик Сибири и его влияние на социально-экономическое развитие. 1960—1985 гг. Дисс. док. ист. наук. Иркутск, 1996. 421 с.

3. Никифоров В.С. Развитие топливно-энергетического комплекса Восточной Сибири в 1950—1980-х гг. (на материалах Красноярского края, Бурятской АССР и Иркутской области). Дисс. канд. ист. наук. Братск, 2011. 227 с.

4. Тимошенко А.И. Энергетическое строительство в Сибири и модернизация экономики // Иркутский историко-экономический ежегодник. 2014. С. 242—250.

5. Симонов Н.С. Особенности энергетического кризиса в СССР в 1960—1980-х гг.: уроки для современности // Всероссийский экономический журнал ЭКО. 2018. № 7. С. 76—95.

6. Платонова Н.М. Промышленный комплекс Дальнего Востока РСФСР: условия и особенности развития: 1965—1985 гг.: Дис. док. ист. наук. Владивосток, 2017. 528 с.

7. Маклюков А.В. Зейская ГЭС: от идеи к реализации проекта // Россия и АТР. 2021. № 2. С. 156—169.

8. Калашников В.Д., Демина О.В. Особенности формирования и развития энергетической системы Дальнего Востока // Регионалистика. 2014. Т. 1. № 4. С. 36—49.

9. Российский государственный архив экономики. Ф. 1562. Оп. 41. Д. 65. Л. 51.

10. Российский государственный архив экономики. Ф. 7855. Оп. 2. Д. 310. Л. 22.

11. Государственный архив Приморского края. Ф. Р-540. Оп. 2. Д. 203. Л. 2.

12. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 2. Д. 171. Л. 54–63.

13. Маклюков А.В. Экономические исследования проблем электрификации Дальнего Востока в конце 1940-х – начале 1960-х гг. // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. 2019. № 4. С. 102.

14. Общество и власть на российском Дальнем Востоке в 1960 – 1991 гг. (История Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 5). Владивосток: ИИАЭ ДВО РАН, 2016. С. 283.

15. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 3. Д. 723. Л. 17,36.

16. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 3. Д. 723. Л. 18, 22–24.

17. Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 5. Оп. 41. Д. 156. Л. 40.

18. Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-262. Оп. 8. Д. 7949. Л. 78.

19. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 3. Д. 1435. Л. 1, 18, 42.

20. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 3. Д. 1435. Л. 1, 18, 42–43.

21. Российский государственный архив экономики. Ф. 399. Оп. 3. Д. 1789. Л. 26.

22. Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-259. Оп. 49. Д. 904. Л. 67.

23. Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-262. Оп. 16. Д. 3699. Л. 16.

24. Непорожний П.С. Энергетика страны глазами министра. Дневники 1935—1985 гг. М., Энергоатомиздат, 2000. С. 374, 720.

25. Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-259. Оп. 49. Д. 906. Л. 35.

26. Российский государственный архив экономики. Ф. 7964. Оп. 10. Д. 1588. Л. 68.

27. Когодовский О.А., Фриштер Ю.И. Гидроэнергетика крайнего Северо-Востока. М., Энергоатомиздат, 1996. С. 57, 211.

28. Российский государственный архив социально-политической истории. Ф. 17. Оп. 145. Д. 683. Л. 290.

29. Российский государственный архив экономики. Ф. 7964. Оп. 17. Д. 1085. Л. 45; Д. 2222. Л. 25, 43.

30. Российский государственный архив экономики. Ф. 7964. Оп. 16. Д. 7938. Л. 5.

31. Государственный архив Хабаровского края. Ф. Р-1218. Оп. 1. Д. 1439. Л. 23.

32. Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р-5446. Оп. 163. Д. 164. Л. 14; Д. 163. Л. 53.

33. Российский государственный архив социально-политической истории. Ф. 17. Оп. 105. Д. 620. Л. 201.

34. Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-259. Оп. 49. Д. 903. Л. 6.

35. Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р-5446. Оп. 163. Д. 163. Л. 53.
2 Структура электроэнергетики Дальнего Востока на 1985 г. (в МВт)
3
Субъект Суммарная мощность не Минэнерго (уголь, нефть, атом) Гидро- электростанции Блочные (уголь) Тепло-электро-централи (уголь, мазут) Кондин-сационные (уголь, геот. ист., мазут) Газо-турбинные (газ) Атомные
Приморский край 2562,6 1280 575 707,6
Амурская область 1830,3 1290 295 245,3
Хабаровский край 1401,8 35 180 1035,5 150,3 36
Магаданская область 1138,6 52,8 540 148 349,8 48
Сахалинская область 805 135 427 157 86
Камчатская область 427,2 174 250,7 2,5
Дальний Восток 8165,5 222,8 1830 1460 2654,5 1860,7 124,5 48
В % 100 2,7 23 17 32 22,7 1,5 0,5
4 Примечание: Российский государственный архив экономики. Ф. 7964. Оп. 17. Д. 2904. Л. 14.
5 На Дальнем Востоке в целом удалось обеспечить более высокие темпы роста производства электроэнергии по сравнению с другими районами СССР. Если в регионе с 1965 по 1990 гг. выработка увеличилось или в 5 раз, по районам Сибири только в 3,5 раза. Но в тоже время удельный вес дальневосточного района в общей выработке электроэнергии по стране поднялся незначительно — с 1,5 до 2,2% (см. табл. 2). Фактически он достиг уровня 1950 г. (2,1%). Таблица 2.
6 Динамика производства электроэнергии в восточных районах СССР. 19651990 гг. (в млрд. кВт*ч)
7
Район 1965 г. 1970 г. 1975 г. 1980 г. 1985 г. 1990 г.
СССР 506,6 704,4 1038 1294 1544 1726
Западная Сибирь 34,8 44,2 70,1 81,5 99,5 138,5
Восточная Сибирь 43,8 75,3 100 128,3 155,8 156
Дальний Восток 7,6 12,7 18,2 25,8 32,6 39
От СССР, % 1,5 1,8 1,7 1,9 2,1 2,2
8 Примечание: Российский государственный архив экономики. Ф. 7870. Оп. 3. Д. 180. Л. 2; Д. 265. Л. 81; Д. 287. Л. 71; Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Статистический сборник. М., 1966. С. 82; Российский статистический ежегодник. 1994. Статистический сборник. М., 1994. С. 624.
9 Если рассмотреть развитие электроэнергетики в разрезе дальневосточных субъектов, то можно увидеть, что в некоторых районах результаты были впечатляющими. Так, в Амурской области с 1965 по 1990 гг. выработка электроэнергии увеличился в 15 раз (см. табл. 3). Простроенная здесь Зейская ГЭС стала не только самой мощной электростанцией на Дальнем Востоке, обеспечив до 75% годовой выработки электроэнергии в области, но и в 1,7 раза снизила себестоимость ее производства. Зейская ГЭС производила столько электроэнергии, сколько все дальневосточные электростанции в 1960 г. Ее можно определить как важнейший реализованный проект стратегии36. Таблица 3. Динамика производства электроэнергии на Дальнем Востоке. 1965–1991 гг.
Субъект 1965 г. 1970 г. 1975 г. 1980 г. 1985 г. 1990 г. 1991 г.
Приморский край 4,2 4,3 6,4 8,4 11,6 11,8 11,8
Хабаровский край 2,2 3,5 5,4 5,9 5,5 9,7 10,1
Амурская область 0,5 1,4 1,9 4,4 7,1 7,8 7,5
Магаданская область 0,4 1,6 2,4 3,3 3,9 4,4 4,4
Сахалинская область 0,1 1,6 2,1 2,6 3,0 3,4 3,5
Камчатская область 0,2 0,4 0,8 1,2 1,5 1,9 2,0
Дальний Восток 7,6 12,8 18,2 25,8 32,6 39 39,3
36. Государственный архив Амурской области. Ф. Р-480. Оп. 15. Д. 49. Л. 3.
10 Примечание: Российский государственный архив экономики. Ф. 7870. Оп. 3. Д. 180. Л. 2; Д. 265. Л. 81; Д. 287. Л. 71; Российский статистический ежегодник. 1994. Статистический сборник. М., 1994. С. 624.
11 Выполненной частью стратегии можно считать создание на Дальнем Востоке единого оперативного управления электроэнергетикой и единой энергосистемы юга. В марте 1968 г. в г. Хабаровск начинает работу объединенное диспетчерское управление Востока (ОДУ Востока). В 1970 г. благодаря строительству ВЛ напряжением 220 кВ были соединены энергосистемы Амурской области и Хабаровского края37. В 1980—1983 гг. построен энергетический мост Зейская ГЭС — Хабаровск напряжением 500 кВ и длинной 1000 км. К нему также подключились энергосети Приморского края, что позволило создать единую энергосистему. Так, Хабаровский край, испытывающий острый дефицит электроэнергии, в 1985 г. получил от Зейская ГЭС 2 млрд. кВт*ч, что составляло 20% от суммарного годового электробаланса38. Несомненным достижением в деле электрификации Дальнего Востока стал перевода на электрическую тягу Транссиба. Пуск Зейской ГЭС позволил в 1981 г. электрифицировать участок Архара—Хабаровск, а в 1983 г. — Белогорск—Архара. К 1990 г. электровозы, за исключением отдельных участков, ходили от Забайкалья до юга Приморского края. За 1985—1990 гг. дальневосточная железная дорога потребила 7,2 млрд. кВт*ч на работу электровозов. Железнодорожный транспорт стал и остается крупнейшим потребителем электроэнергии в регионе39. Однако решить самую главную задачу стратегии — преодолеть дефицит энергетических мощностей и электроэнергии советскому государству на Дальнем Востоке так и не удалось. Темпы энергетического строительства значительно отставали от роста потребностей экономики. К 1990 г. дефицит мощностей по ОДУ Востока составлял 770 МВт, что было сопоставимо, например, с мощностью всех электростанций одной Сахалинской области. Производство электроэнергии на душу населения в регионе так и не достигло общесоюзных показателей. На Дальнем Востоке в 1990 г. производилось 5700 кВт*ч, тогда как, в общем, по СССР — 5900 кВт*ч40. Несмотря на создание на юге региона единой энергосистемы, Хабаровский край продолжал оставаться самый энергодефицитным. К 1980-м гг. полностью истощилось Райчихинское угольное месторождение, обеспечивающее электростанции края топливом, которое в больших объемах стало завозиться из Сибири. Разразился острый топливный кризис, вызвавший сложную экономическую ситуацию в регионе. Для решения проблемы в 1985 г. началось строительство газопровода Оха — Комсомольск-на-Амуре, возведение новых газотурбинных ТЭЦ и перевод других на газ, но темпы работ оказались неудовлетворительными. В 1989 г. председатель правительства Н.И. Рыжков создал две рабочие группы для выработки других возможных решений. Сформированная специальная советско-китайская комиссия приступила к разработке схемы использования энергоресурсов рек Амура и Аргуни для строительства новых ГЭС41. Таким образом, специалисты вернулись к практике второй половины 1950-х гг. С распадом СССР и падением промышленного сектора на Дальнем Востоке в 1990-е гг. произошло резкое снижение спроса на электроэнергию, что сгладило остроту проблемы дефицита энергоресурсов как в Хабаровском крае, так и в целом дальневосточном регионе. За период с 1991 по 1999 гг. электропотребление снизилось на 23%42. Остановленные в 1989—1991 г. Минэнерго стройки на Дальнем Востоке удалось восстановить и завершить в 2000-е гг. В частности, в 2000 г. закончить строительство Благовещенской ТЭЦ, в 2014 г. — Бурейской ГЭС, ставшей самой крупной гидроэлектростанцией в регионе. Некоторые объекты остались заброшенными. Например, Уссурийская ТЭЦ, на возведении которой к 1989 г. было освоено 67,8% капиталовложений43. Подведем итоги. В ходе реализации государственной стратегии по развитию электроэнергетики Дальнего Востока в 1964—1991-е гг. была предпринята попытка ускоренного создания современной электроэнергетической инфраструктуры. В программах предусматривалось за счет освоения новых энергоресурсов и крупного строительства резко увеличить производство электроэнергии, решить проблему ее дефицита и обеспечить опережающие развитие отрасли. Однако суровые природно-климатические условия и огромная территория региона, неравномерный характер ее освоения, слабая стройиндустрия Минэнерго, материально-техническая необеспеченность и недофинансируемость возводимых объектов, межведомственная неразбериха, не позволили за 27 лет воплотить стратегию в жизнь. Из-за пограничного положения региона и ухудшения отношений с КНР в данный период, оказались ограниченны возможности в развитии гидроэнергетики. Отказ от реализации атомных проектов не позволил приступить к комплексному освоению зоны БАМа и развитию связанных с ним промышленных объектов. В целом удалось лишь частично реализовать поставленные задачи, создать единую энергосистему на юге Дальнего Востока, во всех субъектах построить новые электростанции, провести протяженные линии электропередач. Но до конца советской эпохи проблемы регионального энергообеспечения решены не были. Дальневосточная электроэнергетика оставалась отсталой, затратной и недостроенной отраслью, в таком состоянии она и перешла на современный этап. Следует добавить, что энергетическая стратегия Дальнего Востока стала реализовываться тогда, когда в СССР уже перестало выполняться условие опережающего развития электроэнергетики и экономного использования энергетического ресурсов, произошел разрыв между территориями производящими и потребляющими ресурсы, это привело к энергетическому кризису. Экономика СССР развивалась технологически консервативным и экстенсивным способом, затрачивая огромные ресурсы на поддержание убыточного топливно-энергетического комплекса. В настоящее время эта проблема остается не решенной, Россия, унаследовав советскую инфраструктуру, продолжает проигрывать в глобальной конкуренции энергетических технологий и модернизации электроэнергетической отрасли44.
37. Российский государственный архив экономики. Ф. 7964. Оп. 15. Д. 3344. Л. 19.

38. Государственный архив Хабаровского края. Ф. Р-719. Оп. 21. Д. 1476. Л. 2.

39. Государственный архив Хабаровского края. Ф. Р-730. Оп. 22. Д. 47. Л. 52; Оп. 25. Д. 157. Л. 1

40. Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р-5446. Оп. 163. Д. 165. Л. 125.

41. Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р-5446. Оп. 163. Д. 162. Л. 1; Д. 163. Л. 118.

42. Калашников В.Д., Демина О.В. Особенности формирования и развития энергетической системы Дальнего Востока // Регионалистика. 2014. Т. 1. № 4. С. 39.

43. Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р-5446. Оп. 163. Д. 164. Л. 14.

44. Симонов Н.С. Особенности энергетического кризиса в СССР в 1960—1980-х гг.: уроки для современности // Всероссийский экономический журнал ЭКО. 2018. № 7. С. 95.

References

1. 1. Alekseev V.V. Ehlektrifikatsiya Sibiri. Istoricheskoe issledovanie. Ch. 2. 1951—1970 gg. Novosibirsk, Izd-vo Nauka, 1976.

2. 2. Gosudarstvennyj arkhiv Amurskoj oblasti. F. R-480. Op. 15. D. 49.

3. 3. Gosudarstvennyj arkhiv Primorskogo kraya. F. R-540. Op. 2. D. 203.

4. 4. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. A-259. Op. 49. D. 903.

5. 5. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. A-259. Op. 49. D. 904.

6. 6. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. A-259. Op. 49. D. 906.

7. 7. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. A-262. Op. 8. D. 7949.

8. 8. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. A-262. Op. 16. D. 3699.

9. 9. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. R-5446. Op. 163. D. 162.

10. 10. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. R-5446. Op. 163. D. 164.

11. 11. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. R-5446. Op. 163. D. 163.

12. 12. Gosudarstvennyj arkhiv Rossijskoj Federatsii. F. R-5446. Op. 163. D. 165.

13. 13. Gosudarstvennyj arkhiv Khabarovskogo kraya. F. R-719. Op. 21. D. 1476.

14. 14. Gosudarstvennyj arkhiv Khabarovskogo kraya. F. R-730. Op. 22. D. 47.

15. 15. Gosudarstvennyj arkhiv Khabarovskogo kraya. F. R-1218. Op. 1. D. 1439.

16. 16. Kalashnikov V.D., Demina O.V. Osobennosti formirovaniya i razvitiya ehnergeticheskoj sistemy Dal'nego Vostoka // Regionalistika. 2014. T. 1. № 4. S. 36—49.

17. 17. Kogodovskij O.A., Frishter Yu.I. Gidroehnergetika krajnego Severo-Vostoka. M., Ehnergoatomizdat, 1996.

18. 18. Maklyukov A.V. Zejskaya GEhS: ot idei k realizatsii proekta // Rossiya i ATR. 2021. № 2. S. 156—169.

19. 19. Maklyukov A.V. Ehkonomicheskie issledovaniya problem ehlektrifikatsii Dal'nego Vostoka v kontse 1940-kh — nachale 1960-kh gg. // Gumanitarnye issledovaniya v Vostochnoj Sibiri i na Dal'nem Vostoke. 2019. № 4. S. 97—107.

20. 20. Narodnoe khozyajstvo RSFSR v 1965 g. Statisticheskij sbornik. M., 1966.

21. 21. Neporozhnij P.S. Ehnergetika strany glazami ministra. Dnevniki 1935—1985 gg. M., Ehnergoatomizdat, 2000.

22. 22. Nikiforov V.S. Razvitie toplivno-ehnergeticheskogo kompleksa Vostochnoj Sibiri v 1950—1980-kh gg. (na materialakh Krasnoyarskogo kraya, Buryatskoj ASSR i Irkutskoj oblasti). Diss. kand. ist. nauk. Bratsk, 2011.

23. 23. Obschestvo i vlast' na rossijskom Dal'nem Vostoke v 1960—1991 gg. (Istoriya Dal'nego Vostoka Rossii. T. 3. Kn. 5). Vladivostok: IIAEh DVO RAN, 2016.

24. 24. Platonova N.M. Promyshlennyj kompleks Dal'nego Vostoka RSFSR: usloviya i osobennosti razvitiya: 1965—1985 gg.: Diss. dok. ist. nauk. Vladivostok, 2017.

25. 25. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv novejshej istorii. F. 5. Op. 41. D. 156.

26. 26. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv sotsial'no-politicheskoj istorii. F. 17. Op. 105. D. 620.

27. 27. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv sotsial'no-politicheskoj istorii. F. 17. Op. 145. D. 683.

28. 28. Rossijskij statisticheskij ezhegodnik. 1994. Statisticheskij sbornik. M., 1994.

29. 29. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 1562. Op. 41. D. 65.

30. 30. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 399. Op. 2. D. 171.

31. 31. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 399. Op. 3. D. 723.

32. 32. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 399. Op. 3. D. 1435.

33. 33. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 399. Op. 3. D. 1789.

34. 34. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7855. Op. 2. D. 310.

35. 35. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7870. Op. 3. D. 180.

36. 36. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7870. Op. 3. D. 265.

37. 37. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7870. Op. 3. D. 287.

38. 38. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 10. D. 1588.

39. 39. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 15. D. 3344.

40. 40. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 16. D. 7938.

41. 41. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 17. D. 1085.

42. 42. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 17. D. 2222.

43. 43. Rossijskij gosudarstvennyj arkhiv ehkonomiki. F. 7964. Op. 17. D. 2904.

44. 44. Sanzhieva T.E. Toplivno-ehnergeticheskij kompleks respublik Sibiri i ego vliyanie na sotsial'no-ehkonomicheskoe razvitie. 1960—1985 gg. Diss. dok. ist. nauk. Irkutsk, 1996.

45. 45. Simonov N.S. Osobennosti ehnergeticheskogo krizisa v SSSR v 1960—1980-kh gg.: uroki dlya sovremennosti // Vserossijskij ehkonomicheskij zhurnal EhKO. 2018. № 7. S. 76—95.

46. 46. Timoshenko A.I. Ehnergeticheskoe stroitel'stvo v Sibiri i modernizatsiya ehkonomiki // Irkutskij istoriko-ehkonomicheskij ezhegodnik. 2014. S. 242—250.

Comments

No posts found

Write a review
Translate